Новошахтинский драматический театр (teatr_nebo) wrote,
Новошахтинский драматический театр
teatr_nebo

ЧЬЯ ЭТО УЛИЦА, ЧЕЙ ЭТО ДОМ?

Павел Морозов в спектакле

Да наше это все, о чем речь! Хотя действие спектакля «Май нэйм из Маня» происходит в Одессе (довоенной и послевоенной), эти густонаселенные дворики, видавшие виды железные лестницы и тесно стоящие квартирки вы и в Ростове до сей поры увидите (в немалом количестве). В Новошахтинске тоже. Здесь, в городском театре, артист Павел Морозов, недавно приехавший из Луганска, и играл моноспектакль по трагикомической повести Александра Каневского. Художник Юрий Сопов соорудил выгородку в фойе, поскольку сцены там по существу нет, с большой фотографией современной типовой высотки. Когда ее окна поворачивают тыльной стороной к нам, с этими самыми двориками и их обитателями можно познакомиться поближе. С бородатым моряком, любящими супругами Тезой и Лешей, их дочкой Мариной и бабой Маней.

И кто ж такую бабу Маню не встречал хоть раз! Тем более на юге, где уравновешенность и сдержанность не являются родовыми чертами местных жителей. И бойкая эта одесситка, простодушная, шумная, душой болеющая за ближних и дальних, – изумительный человеческий экземпляр, с которым находишь родственные черты. А когда она красочно описывает, как ее больные почки давят на печень, печень – на диафрагму, а та – на всю ее жизнь, ну как тут не поверить! Мы все то же самое испытываем, когда судьба преподносит нам сюрпризы.

Павел Морозов в спектакле

Павел Морозов то рассказывает истории из скудной, но не скучной жизни одесситов, то создает блиц-портреты персонажей, и говорит он в той же заполошной манере, в какой общаются герои Каневского. То есть рассказчик тоже из этого двора, впитавший цветистость и соль тамошней речи, закаленный приморским солнцем, любопытный ко всему, что происходит рядом. Потому что посторонних во дворе нет. И никто не стесняется вывешенных на всеобщее обозрение некрасивых шмоток, именуемых в те времена нижним бельем. И среди них – красные рейтузы как знамя людей, не сдающихся ни при каких катаклизмах.

Леша с войны вернулся без обеих ног, беззащитную Маринку обманул мерзавец Тарзан, бросив в чужих краях, но ни у кого нет мысли – в омут с головой. Работа спасает, любовь родных и поддержка соседей дают силы жить дальше. А баба Маня, заучив, наконец, единственную фразу по-английски, готова на старости лет рвануть в неведомую страну внучке плечо подставить. Хоть оно ей и неродное, оказывается – так было время сродниться!

Павел Морозов в спектакле

Павел Морозов в спектакле

Артист рассказывает эту головокружительную историю как-то не очень по-актерски: не контролируя своих чрезмерных эмоций, не снижая градуса переживаний за население маленькой планеты «одесский дворик». Ему, Павлу Морозову, трудно отвлечься от событий в Луганске и вообще на Украине («в Украине» – не легче). Нам же всем невозможно воспринимать историю бабы Мани и ее соседей как «зарубежную». Украина-то всегда была наша. Не в том смысле, что нам принадлежала, а в том, что была у нас много десятилетий общая родина и общие помыслы (замечу в скобках, что на Киевской киностудии, чьи картины привлекали миллионы зрителей, работали не только Гресь и Ильенко, но и Параджанов, Быков, Балаян, Итыгилов…).

Короче говоря, повесть о временах прошедших задевает чувства сегодняшних зрителей с необыкновенной остротой, и, когда луч света выделяет среди старых снимков групповое фото обитателей одесского двора, особенно щемит сердце: здесь не просто свои люди, а это мы и есть…

Людмила Фрейдлин,
театральный критик, журналист, автор книг о Донском театре

Фото: Эльхан Алекперов

Людмила Фрейдлин о театре и не только




Tags: Александр Каневский, Новошахтинский драматический театр, Павел Морозов, Премьера
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments